the WALKING DEAD

Объявление

Админ-состав: mr.Someone & mr.Zombie


МИСТЕР НЕКТО
глава по связям с общественностью
(работа с неофитами; pr; развитие),
отвечаю за общее продвижение интересов форума.


МИСТЕР ЗОМБИ
администратор-квестоплёт
(сюжет; аркады; квесты; миссии),
отвечаю за общую работоспособность форума.

Добро пожаловать на литературную ролевую игру
по мотивам вселенной "Ходячие мертвецы" Р.Киркмана.

— Обновление дизайна ♥ Ура нашим заслуженным игрокам ♥
Обновление в "Блоге администрации" от 10 января 2019г.
Важно! 6 марта 2013 года - нападение ходячих мертвецов.
— Новая жертва страшных пыток: "Вечера с Иисусом".
И не забываем о заполнении инвентаря общин.

нескорый; сплясать; испитый; побеседовать; допрашиваться

Сейчас в игре: март 2013 года.

Спасители всё ещё терроризируют мирные общины, которые, кажется, и не собираются давать им отпор. Между Спасителями и Жнецами воцарилось перемирие. С севера штата идут толпы ходячих мертвецов, и с каждым днём их становится всё больше... >>>

О ПОГОДЕ!

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » the WALKING DEAD » Дневники мертвецов » 22.09.2011 - "Хороший, плохой... а ты, брат, какой?"


22.09.2011 - "Хороший, плохой... а ты, брат, какой?"

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Дата: 22.09.2011 г.
Место: Недалеко от временной базы мародеров, леса на севере штата Джорджия
Участники: Daryl Dixon, Tarek Hamedi
Саммари: Убийство ради убийства или наживы - поступок недостойный, но если предстоит пролить кровь, защищая своего верного друга и помощника - разговор иной. Уже не первый день путешествуя по уничтоженной ходячими стране, Тарек успел по достоинству оценить своего пернатого спутника и привязаться к кречету так, как не привязываются порой к людям. Вот только не все выжившие оказались способны оценить подобную дружбу и тогда "доброму доктору" пришлось пролить кровь.
И подставить шею под удар, мерзавец оказался не один.

Отредактировано Tarek Hamedi (2018-10-15 21:33:32)

+1

2

Дэрил даже имена их не потрудился запомнить. Кроме имени вожака этой стайки, которого звали Джо. А остальные… Билли или Боб? Харви?.. Дэн или Лэн? Или может сразу оба. Плевать.
Ему было настолько плевать, что он, потрепыхавшись немного в вялых попытках пойти своей дорогой, решил подождать. Конечно, налицо был и тот факт, что мародёры наверняка не отпустили бы его так просто, и все эти пафосные в своей простоте словоизлияния Джо на тему царящих в их банде порядков имели своей целью удержать нового члена шайки от сумасбродства, завершившегося бы его глупой гибелью и тявканьем «Присвоено!» со всех сторон. Присвоили бы его арбалет, присвоили бы нож, присвоили бы ботинки, присвоили бы жилетку и куртку. Такие люди не упускают своего даже в том случае, если это «своё» вовсе им не принадлежит. А у Дэрила не было ни сил, ни желания ввязываться в заведомо проигрышную драку против восьмерых, поэтому он безразлично плёлся за ними вдоль железной дороги в погоне за каким-то уродом, завалившим одного из их дружков.
Периодически вся эта не шибко дружная, но единая парочкой незамысловатых правил компания сворачивала с пути, дабы порыться в остатках былой людской роскоши в надежде раздобыть что-нибудь ценное по нынешним меркам или сделать кратковременную стоянку. Такие стоянки разбивались чуть поодаль от железнодорожных путей, по которым, как Джо был уверен, шёл «тот мудила», но непременно так, чтобы сами пути оставались в зоне их видимости. Вдруг по ним кто-то ещё будет идти? Возможные путники не сразу заметят засевших в кустах мародёров, а мародёры быстренько их заприметят, а там…
Дэрил предпочитал не задумываться о том, как эти сомнительные типы поступали с другими выжившими, которых встречали. Что бы ожидало одинокую женщину, попавшуюся им на пути? Что бы ожидало Бет, окажись она тем вечером рядом с Дэрилом, который тупо из незнания не сообразил бы наскоро ляпнуть в её сторону «Присвоено» или какую другую фразу, чётко обозначившую бы, что девчонку трогать нельзя, потому что она якобы его. Он предпочитал не задумываться… А вот о Бет думать перестать не мог, как бы ни старался.
Он не мог перестать думать о Бет, о Рике, о Мишонн, о Карле и Джудит и об остальных жителях тюрьмы, которых он никогда скорее всего больше не увидит. О Кэрол, которую Рик изгнал и которая теперь была неизвестно где. Сейчас это казалось удачным стечением обстоятельств, ведь кто знает, что случилось бы с женщиной, останься она вместе со всеми. А так, возможно, она ещё жива. То, что произошло с Хершелом, всё ещё стояло яркой картинкой перед его глазами, и даже ночью, пытаясь заснуть, он продолжал видеть одно и то же. Как меч Мишонн врезается в шею старика, чьё лицо ровно до этой секунды казалось таким спокойным. Или успокаивающим? Видя ужас, застывший на лицах своих дочерей и своих друзей, смирился ли он со своей участью и хотел ли подарить им последнее, на что был способен? Уверенность в том, что они всё преодолеют – с ним или без него.
Чёрт. Это всё уже было неважно. Хершел был мёртв, ему теперь всё равно. И больше не было никаких «они». Дэрил даже не сумел уберечь младшую дочь Грина, и сейчас сказанные ею незадолго до их разлуки слова о том, что настанет день, когда Дэрил Диксон будет по ней скучать, казались грёбаной насмешкой судьбы. Судьбы, в которую он никогда не верил.
- Где там этого Дэйва черти носят? – Дэн… или Бэн зашвырнул в кусты вычищенную пластиковой ложкой консервную банку с паштетом из личных запасов и огляделся по сторонам.
- Дай мужику посрать нормально, - крякнул хилый на вид и похожий на крысу Вилли… или Билли, - мы никуда не спешим.
- Вообще-то мы как раз спешим, - воспользовался возможностью напомнить всем об их общем правосудии Джо, поднимаясь с земли и тоже оглядываясь в поисках Дэйва. – До этого Терминуса осталось не так-то далеко, и было бы неплохо перехватить козла, прихлопнувшего Лу, до того, как мы попадём в это райское местечко. Давайте, тушимся и продолжаем путь. Дэрил, ты вроде у нас следопыт дельный. Сгоняй-ка быстренько за Дэйвом да рысью к нам. Хватит ему строить из себя великого охотника, тем более что в Терминусе этом нас наверняка ждёт отличный куш в виде нормальной жратвы.
- И не только, - мерзко хмыкнул Дэн-или-Бэн, тоже поднявшийся вслед за лидером. Подсунув руки под свой объёмный живот, он принялся расстёгивать ремень и ширинку, чтобы затушить остатки костра. С этой же целью к нему присоединились ещё двое дружков.
Не желая смотреть, как эта троица ссыт, Дэрил подхватил с земли свои скромные пожитки, взял арбалет и молча скрылся за деревьями.
Это была хорошая возможность без лишнего шума наконец уйти, но какая-то крохотная часть его сознания противилась такому решению. Большую часть жизни избегавший любых привязанностей, сейчас Дэрил переживал то, из-за чего он, собственно, и сторонился близких отношений с людьми. Разбитость, пустота и горечь. А ещё целый простор для злости. Но где-то между ними всё же удалось затесаться глупой надежде на то, что если кто-то из друзей выжил, то, быть может, они тоже увидели указатель на то убежище? Быть может… Конечно, тот факт, что туда направлялась шайка, к которой он примкнул, его в таком случае совершенно не радовала, но все проблемы надо решать по мере их поступления. А пока…
Пока Дэрил всё дальше и дальше удалялся от возобновившей путь банды, различая то тут, то там неосторожные следы Дэйва, которому достался лук после того, как совсем недавно группа забила до смерти того придурка, что решил его, Дэрила, подставить и нарушил тем самым одно из заветных правил банды: «Не соври». И теперь Дэйв каждую свободную минуту тренировался управляться с новым оружием, от которого был в восторге. Получалось у него хреново.
По сколам на стволах, оставшихся от стрел, по шаркающей походке человека, чьи ноги гребли опавшую листву пригоршнями, оставляя после себя настоящие полосы, как после ходячего, по свежесломанным веточкам низких кустарников, за которые он цеплялся одеждой и даже по одной бездарно угробленной стреле, чьи обломки теперь валялись под молодым дубом, Дэрил проследил весь путь непутёвого охотника.
Дэйв забрёл глубже, чем можно было от него ожидать. А ещё его поиски явно дали свои плоды, вот только насколько это были хорошие плоды?
В предвечернем лесу, залитом золотистым светом клонящегося к горизонту солнца, Дэйв – намеренно или случайно – наткнулся на другого выжившего. И хотя было неясно, что между ними произошло, и пускай поверить в то, что именно Дэйв стал зачинщиком конфликта, было проще простого, Дэрил не смог остаться в стороне. Однако им двигало вовсе не ощущение принадлежности к группе Джо и желание защитить одного из «своих». Никакие они ему были не «свои». Странно было это признавать, но двигал им какой-то необъяснимый инстинкт. Не дать чужаку убить того, кого знаешь. Или просто не дать убить?
На подобные философские размышления у Дэрила Диксона времени обычно не бывало. Вот только сейчас время в принципе сыграло со всеми участниками этой сцены на небольшой лесной полянке злую шутку.
Ровно в тот момент, когда Диксон выскочил из чащи, держа перед собой арбалет наизготове, Дэйв испустил последний вздох и оставил пришедшего на подмогу мужчину наедине с незнакомцем.
Сказать что-то определённо стоило, причём вот конкретно сейчас говорить должен был явно Дэрил, и он это понимал.
- Нахрена убил его? – не опуская арбалет, но и не стремясь атаковать, бросил он самую очевидную и первую осмысленную фразу, пришедшую на ум. При этом на лице мужчины отражалось что угодно, но никак не скорбь и не ужас от утраты. Агрессивное подозрение, твёрдая готовность защищаться, даже доля едва заметного непонимания, но никак не скорбь и никак не ужас.

+2

3

Первый месяц осени выдался невероятно спокойным, что не могло не радовать бывшего патологоанатома. День за днём солнце проникало вглубь золотистых лесов, ещё медленно и довольно неохотно расстающихся с густой листвой, задорно блестело на пыльных, затянутых где-то грязью, а где и паутиной стеклах домов и машин (правда, чаще на щерившихся осколками остатках былой роскоши). Нечастые дожди едва ли могли создать немолодому арабу действительно серьезное препятствие на его Пути. И всевозможная мелкая дичь, часто недоступная нетренированным и неподготовленным к подобному выжившим, сновала буквально под ногами доктора Хамеди.
А что он? О, Тарек не тратил патроны понапрасну, да и старался не привлекать внимание стрельбой, громом прозвучавшей бы в тихом лесу. Нет, он попросту доверился ловкости своего пернатого товарища, ставшего к тому же кормильцем.
Солнце клонилось к закату, наводя патологоанатома на мысли о скором поиске подходящего места, для ужина и ночлега, разумеется. То время, когда можно было почти без страха разбивать временный лагерь под первым приглянувшимся деревом, кануло в Лету, оставив после себя лишь полные тоски воспоминания о мире, куда более безопасном. Даже посреди театра военных действий, на линии фронта меж террористами и отважными горе-вояками США. Да, в ту пору "добрый доктор" Хамеди мог быть уверен, что короткая остановка не сделает его целью ходячих, неутомимо рыщущих по мертвым территориям некогда огромной страны. Да и этих тварей тогда не было, а к неупокоенным мертвецам Тарек мог отнести лишь бедолаг в форме цвета хаки, что изредка умудрялись сбежать из-под носа у печально известного "пустынного пса" Амри ибн Басира. Впрочем, их участь была ещё более незавидна, нежели у ходячих, ныне заполонивших весь мир. С так называемого "зомби" какой спрос? Пуля в голову и конец беседы. А вот солдатики-беглецы... им оставалось лишь мечтать о смерти, коли нагоняли их гончие старого Пса.
Забавно, и прошло то немного времени, а как изменился мир, - мысленно вздохнул Хамеди, тихо ступая по укрытой первой листвой земле. Но, может это и к лучшему? Есть ли у выживших в пламени войны с мертвецами шанс на новую, куда более праведную жизнь? Верилось в это с трудом. Как и в тот факт, что к сумеркам ему удастся набрести на железнодорожные пути, что должны были пролегать неподалеку. Если он правильно прочитал карту, разумеется.
Тихий вздох. Араб ненадолго замер, прислушиваясь. Воинственного клекота Дервиша не было слышно уже давно, но Тарек не сомневался, птица вернется к нему, либо же обозначит себя, если добыча окажется стоящей. И потому не волновался, оставляя оружие без внимания. Что охотничья винтовка, что глок были сейчас бесполезны. В округе не наблюдалось даже ходячих, по которым можно было открыть огонь.
Поразительная тишина, слишком мирная картина и, донесшийся издалека клекот. Кажется, кречет настиг свою добычу.
Он мог бы идти и молиться, дабы привнести покой своей измученной душе, но уподобиться при этом неверным, способным проводить свои службы даже по шею в нечистотах, не желал. Нет, ему следовало бы найти подходящее место, дабы расстелить молитвенный коврик. Выкроить время, в назначенный для намаза час, убедиться в отсутствии угрозы - в одиночку провернуть такое, будучи уверенным в безопасности начинания, было тредновато. И Тарек, к стыду своему, уже с трудом мог припомнить, когда преклонял колени, но менять избранную тактику поведения не спешил. Не желал бесславно умирать, когда впереди было столько не реализованных планов.
Кречет вновь подал голос. Теперь он был уже близко.
Хамеди встрепенулся, отгоняя прочь мысли о религии, дабы полностью сосредоточиться на окружавшей его реальности. Недружелюбной, несмотря на внешний покой. Он шел быстро, но старался не шуметь, а потому и стал незримым до поры свидетелем гнуснейшего из поступков - желания отобрать чужую добычу. Или подстрелить маленького пернатого охотника?
В любом случае, поступок встретившегося арабу мерзавца был недопустим и подлежал немедленному воздаянию.
- Отличный выстрел, для слепого инвалида, лишенного рук, - Тареку удалось подойти достаточно близко, чтобы не повышать голоса, не сулившего недотепе с луком ничего хорошего. - Убери оружие, иначе сам отведаешь стрелу, ректально.
Появление смуглокожего мужчины, одетого в добротные, прекрасно подогнанные по размеру вещи, не оставило незнакомца равнодушным. О, трудно было не заметить ту алчность, что блеснула в его взгляде, одерживая верх даже над первым страхом. И Хамеди видел всё, но не спешил, оттесняя мерзавца прочь от своей птицы, закрывая кречета своим телом, но при том продолжая наступать на идиота с луком.
- Разве родители не учили тебя уважать чужое?
Ответом Тареку была отборная брань, заставившая патологоанатома поморщиться от отвращения, и неожиданный, быстрый бросок. Достигший результата, но далекого от желаемого агрессивным незнакомцем. Лезвие армейского ножа Хамеди вошло глубоко под нижнюю челюсть противника, досрочно избавляя мерзавца от земных мук.
Неплохой исход, если бы не одно "но"... стремительно выскочившее из лесной чащи. Кажется, у упокоенного Тареком хама рядом проходил дружок. Правда, знавший слова иные, кроме отборных ругательств. Это внушало некоторые надежды?
- Он угрожал моему другу, - просто ответил Хамеди, поднимая на вооруженного незнакомца спокойный взгляд. - И не оставил мне выбора.
Недовольно оглядев лесную прогалину, кречет тяжело взмахнул крыльями, перелетая на укрепленную перчатку, надетую на левую руку хозяина.

+2

4

Захлопали крылья, и когтистые лапы вцепились в плотную перчатку. На секунду Дэрил встретился с бездонной глухотой черных птичьих глаз, но лишь на секунду. Пускай на него ещё и не обрушился никто, как на валяющегося на земле Дэйва минутой ранее, расслабляться было рано. Тем более, что незнакомец упомянул какого-то друга.
Диксон наскоро обшарил взглядом округу, однако здесь их было только трое – Дэрил, чужак и обмякшая туша мародёра, питавшая лесную почву под собой ещё тёплой кровью, сочившейся из смертельной раны. Только трое. И птица. Похожих соколиных он встречал в разное время на охоте, но никогда не видел так близко. Только на страницах книг в школьной библиотеке ещё в те невинные годы, когда он не успел растерять остатки интереса к учёбе. И до того, как он смекнул, что оттянуть возвращение в их пропахшую сигаретами и дешёвым алкоголем халупу можно и другими способами.
- Это что ли твой друг? – Дэрил кивнул на темнокрылую птицу.
В траве уныло лежал лук, которым Дэйв так и не овладел и уже никогда не овладеет. Неужели этот придурок пытался подстрелить сокола? Как ни странно, мужчина ничего не чувствовал. Ни сострадания, ни злорадства. Эти люди, к которым он невольно прибился, не вызывали приязни, но и неприязнь была не настолько яркой, чтобы ликовать над смертью одного из них. Ничто не дрогнуло, не всколыхнулось ни в одну из сторон. Как если бы Диксон сейчас смотрел на ходячего. Ходячие по большей части давно превратились для него в серый фон, единую угрозу для выживающих, за тем лишь редким исключением, когда обращались те, кого он хоть как-то знал. Ходячих он убивал, не задумываясь о том, что раньше они кем-то были, имели семью, друзей, увлечения. Смерть же живых обычно оставляла отпечаток – в той или иной степени. Но не сейчас. Было ли это потому, что Дэрил буквально только что потерял всех своих близких, к которым и привязался-то не без труда? Возможно.
Незнакомец казался странным, и его пернатый друг служил далеко не первым признаком этой странности. Он словно принадлежал не этому объятому катастрофой миру, где каждый выживает, как может: бежит без оглядки или преследует, бесконечно пытается что-то создать или, напротив, стремится разрушить, силой отбирает или присваивает всё, что попадается на пути. Опрятный, насколько это возможно в нынешних условиях, невозмутимо-спокойный и, что самое важное, не спешивший атаковать или защищаться от человека, выскочившего вслед за тем, кого ему только что пришлось убить. Редко увидишь подобное, особенно сейчас, когда все вокруг стали шибко дёрганными – не от сладкой жизни. Давали ли ему, Диксону, шанс не доводить до очередного кровопролития или же просто ждали, пока он расслабится и поумерит бдительность, чтобы совершить выпад первым?
Дэрил опустил арбалет и отступил на полшага назад, демонстрируя, что не настроен вступать в схватку. Времени, проведённого с группой Джо, вполне хватило, чтобы увидеть в словах незнакомца правду. Да и хватало у этого человека того, на что можно положить глаз и пожелать забрать себе.
- Держись подальше от железной дороги, - бросил он сухое предостережение. – Особенно если один тут ходишь. Или двигайся на юг. Но лучше вообще не суйся к ней.
Мог ли человек, путешествующий с животным, оказаться плохим или каким-нибудь психом? Вполне мог. Животные поддаются дрессировке, поэтому сам факт связи между хозяином и питомцем ничего не стоил. Зато хорошее состояние и здоровый вид животного говорили о многом. Как минимум о том, что хозяин не слетел с катушек и не попытался его сожрать. Это, разумеется, не служило доказательством и тому, что незнакомец был человеком хорошим, однако этого оказалось достаточно, чтобы из-под пласта окутавшего Дэрила безразличия пробилось простое человеческое желание предостеречь от встречи с опасной группировкой. Но не более.
Диксон действительно собирался уйти и даже оставить этот треклятый лук, чтобы оружие не вернулось в лапы мародёров, но вдруг в последний момент отдельные детали сложились в целую картинку. Слабая, болезненная из-за самого факта своего существования надежда заставила Дэрила задержаться и попытать удачу, хотя головой он понимал, что эту затею ждёт провал.
- Ты ещё встречал кого-нибудь, кроме него? – мужчина скользнул взглядом по остывающему трупу и уточнил. – Не сегодня. На днях.

+1

5

Этот незнакомец выглядел куда более собранным, нежели его покойный дружок. По крайней мере он не суетился, методично оглядывая окрестности и изучая Хамеди, а после - демонстрируя нежелание вступать в схватку. И, разве Тарек мог ответить агрессией на предложение, пусть и молчаливое, мирного урегулирования конфликта? Араб присел на корточки, стараясь при этом не делать резких движений, чтобы ничем не спровоцировать парня с арбалетом, обтер лезвие ножа об одежду убитого им ранее проходимца и, вновь выпрямляясь, демонстративно сложил лезвие, убирая швейцарский нож в карман куртки.
- Угадал, - патологоанатом ласково погладил перья под мощным клювом кречета, - это мой друг.
Звучало, конечно, странно. И выглядело соответствующе, но это мало волновало седобородого араба, привыкшего выживать так, как удобно именно ему. Да и кто такой этот незнакомец, чтобы удивляться чужим причудам и указывать на странности? Впрочем, парень явно был настроен решить дело миром, в противном случае не делал бы предупреждений о безопасных маршрутах и направлениях. Хотя, это наоборот могла быть ловушка
- От чего же железная дорога стала так опасна? - в голосе Тарека не прозвучало ни капли живой заинтересованности, он словно бы уточнял данные для рутинной корректировки карт, а не планировал направление для продолжения пути. - Ходячие? Или ваши с этим приятели, жадные до чужого добра?
Впрочем, судя по недружелюбному виду незнакомца, на развернутый ответ можно было не рассчитывать. И это, если задуматься, теперь перешло в разряд нормального поведения. В мире, захваченном ходячими мертвецами, излишняя откровенность могла выйти боком и либо приманить ненасытных тварей, охваченных процессом гниения, либо стать причиной интереса других извечно голодных тварей, но ещё неплохо мыслящих и умеющих связать два слова.
Тарек не отводил от незнакомца взгляда, взвешивая своё к нему и этим словам отношение. Следовало ли верить человеку, явно знавшему этого горе охотника, что теперь кормил червей? Были ли они в одной группе выживших или один выслеживал другого? Вопросов было больше, чем ответов, но Хамеди не роптал. Он прекрасно понимал, когда есть возможность разговорить встреченного на дороге выжившего, а когда следует свести беседу к минимуму.
- Ты пришел со стороны железной дороги, - не вопрос, утверждение. Уж карту то Тарек читать умел и ориентировался на местности неплохо. - Хорошо, я приму твой совет. Благодарю.
В конце концов, можно было продолжать путь и вдоль железнодорожного полотна, оно всё равно приведет к некогда заселенным людьми областям. А, при необходимости двинуться севернее, Хамеди вполне мог бы проявить максимум осторожности, но пересечь железку незамеченным и двинуться дальше своей дорогой. Всё-таки ни ходячие, ни мародеры не могли контролировать насыпь на всём её немалом протяжении.
На этом, казалось бы, короткий разговор был закончен и надо было идти, но сначала - Тарек отступил на пару шагов, возвращаясь к тушке убитого Дервишем животного. Вернее, птицы. Его питомец редко забивал зайца, предпочитая охотиться на пернатых обитателей здешних лесов. И далеко не всегда добыча кречета была съедобна, но на сей раз, Хамеди даже позволил себе довольно хмыкнуть. Цветастое оперение, сравнительно небольшая, но всё-таки приличная тушка, характерный клюв - кажется, что-то из разряда утиных. Тарек не был силен в знании представителей фауны этого континента, но не прогадал, даже не зная, кого забил его питомец. Каролинская утка готовилась отправиться в приготовленный для этих целей мешок, как араба отвлек голос давешнего арбалетчика.
- Хмм? - патологоанатом вопросительно воззрился на незнакомца, но с ответом тянуть не стал. - Нет, никого из живых. Редкие тела и парочка ходячих. Давних ходячих, - все-таки уточнил мужчина, считая эту конкретика важной для незнакомца, умудрившегося кого-то потерять.

+1


Вы здесь » the WALKING DEAD » Дневники мертвецов » 22.09.2011 - "Хороший, плохой... а ты, брат, какой?"